Москва Тель-Авив логотип

О "некризисе" российского бизнеса.

Мария Резникова

Основатель агентства повышения статуса мероприятий Restar Agency

Недавний снос самостроев в Москве, начавшийся с 9 февраля, запустил новую дискуссию о непростых отношениях между бизнесом и государством и соблюдении прав собственности в России.

Общественность, грубо говоря, поделилась на два лагеря: одни снос самостроев полностью приветствуют и говорят, мол, давно пора навести порядок в городе; другие же выступили с резкой критикой, направленной против как московской власти, так и федеральной в целом, обвинив их в организации новой волны гонений на бизнес и массовом нарушении прав граждан. 

Жертвы сноса, лишившиеся своих торговых точек, являются в этой истории наиболее затронутой категорией, а потому сильнее всех и высказывают свое возмущение. Так, согласно заявлениям большинства потерпевших, у московских властей не было никакого права на снос торговых площадей, так как у предпринимателей все было оформлено по закону: были документы, подтверждающие права на собственность, а также имелась запись в ЕГРП. Несмотря на это, чиновники заявили, что снос был осуществлен в полном соответствии с законодательством. Казалось бы, все укладывается в привычный, уже кажущийся чуть ли не повседневной обыденностью порядок: бедный бизнес атакуют воры и жулики, а тот обиженно вытирает сопли и сетует на засилье коррупции, беспредела и беззакония. 

Однако все не так просто, как кажется на первый взгляд. Ситуация со сносом самостроев предоставляет возможность не только быть очевидцем очередного подтверждения того факта, что государство и бизнесмены друг с другом не очень хорошо ладят, но также позволяет посмотреть на всю эту ситуацию под несколько новым углом и понять, что реальная жизнь не приемлет черно-белых тонов, где один прав, а другой виноват, а намного сложнее и многограннее по сравнению с тем, как это преподносится и воспринимается обществом. 

Давайте рассмотрим особенности отечественного бизнеса. На чем он стоит и как вообще возник. Очевидно, что бизнес в стране начал появляться в неспокойные 1990-е, когда пал СССР и на его месте возникла нынешняя Россия, где коммунистическая идеология не имеет монополии на власть и где ведение частной предпринимательской деятельности не запрещено, как это было в том же СССР. Бизнес в РФ по большому счету развивался стихийно и весьма хаотично. Не имея ни какого-либо нормального исторического бизнес-опыта, ни соответствующих институтов и законодательной базы, Россия постигала бизнесремесло буквально с нуля. Отсюда и разговоры о «диком капитализме», так как наш бизнес возник буквально на пустом месте, да еще и в условиях сильного правового вакуума. 

С бизнесменами у общества изначально сложились весьма сложные и, мягко говоря, не совсем доверительные отношения. Что такое вообще 1990-е годы с точки зрения социально-экономических процессов? Часто можно услышать преисполненные романтики лозунги, что то время было якобы временем абсолютной, подлинной свободы, лучшим временем, которое когда-либо знала Россия, так как были и выборы, и надежда, и прочие радости. Относиться к таким тезисам нужно с крайней осторожностью и иметь в голове очевидные факты. А они заключаются в следующем: внутренний валовой продукт страны при Борисе Ельцине сократился на 28%. Такого падения национального производства не было ни в годы Первой мировой войны, когда производство сократилось на 25%, ни в Гражданскую (на 23%), ни в Великую Отечественную (на 21%), иными словами, это самое сильное экономическое падение в новейшей истории России. Реальные зарплаты в 1999 году составляли 30% от уровня 1991 года и в среднем равнялись 50–100 долларам в месяц. Были разрушены целые секторы отечественной экономики, тяжелейший урон был нанесен сельскому хозяйству. Иными словами, 1990-е годы стали для абсолютного большинства россиян временеместественной, не чуждой беспросветного мрака и нищеты. Рекордные показатели роста выдали преступность на пару с коррупцией – их почти ничего не сдерживало. 

Налицо тот факт, что прослойка так называемых лузеров, проигравших в 1990-е, была огромна – по сути, это почти все население нашей страны. Но была и малюсенькая такая прослойка выигравших, которые сумели резко улучшить свое материальное положение. Каким же образом? Зачастую история наших ныне уважаемых бизнесменов весьма туманна: многие из них начинали с фарцевания и теневой торговли еще при СССР, в 1990-е, с началом приватизации бывшей советской госсобственности, весьма многие младобизнесмены, пользуясь фактическим отсутствием какого-либо закона или механизмов, которые внятно регулировали бы процесс приватизации, просто эту собственность присвоили себе зачастую обманным путем. Также запомнилась и массовая изобретательность бизнеса в области ухода от налогов, вывода активов и прочих сомнительных с точки зрения закона деяний. Понятное дело, что после этого восприятие бизнесменов как воров и подлецов становится вполне логичным последствием. 

Нам говорят, что бизнес – двигатель прогресса, который тянет на себе экономику, и что без него никуда. Бизнес, будучи осажденным государством, отчаянно требует от общества внимания к своей персоне, надеясь заручиться хоть какой-то поддержкой. Но зачастую оказывается один на бранном поле и отчаянно не понимает, почему же так происходит. Происходит как раз из-за недоверия общества, его озлобленности и обиженности на российский бизнес в целом, который, так сказать, обогащался на народных страданиях – а именно так воспринимает массовая психология современных россиян события катастрофических для них 1990-х годов. 

С болью в душе приходится констатировать тот факт, что российский бизнес не смог стать новой опорой для страны, которая смогла бы повести за собой широчайшие массы и дать им мощный стимул. Произошло все ровно наоборот. Вместо того чтобы наводить порядок в стране, консолидироваться в ячейки гражданского общества и всячески способствовать борьбе с разъедающими экономику и общество коррупцией и преступностью, российский бизнес, напротив, прекрасно встроился в предложенную ему омерзительную криминальноворовскую систему и стал чуть ли не основным источником ее существования. Ведь именно бизнес дает те самые взятки чиновникам, которые служат для них подпиткой. Так, в 2014 году, согласно данным МВД, размер средней взятки в Москве составил около 330 тыс. рублей. В 2016-м же размер взятки вырос вдвое – аж до 654 тыс. рублей. Средняя зарплата по Москве – 50–60 тыс. рублей. Это я к тому, что обычный гражданин такие суммы давать просто не может, так как это составляет почти годовой его заработок. Иными словами, взятки дают те, у кого есть средства на их выдачу, то есть предприниматели. Да причем так неустанно «заносят», что размер суммы вырос вдвое за какие-то смешные два года. Если помогаешь вору, то глупо потом удивляться, что он в конце концов приходит грабить тебя лично. 

Рассмотрим же теперь резонансную историю с самостроями. Вроде бы на большинство из них имеются записи в ЕГРП, но дьявол, как известно, кроется в деталях: по словам представителей мэрии, изначально префектуры города выдали на рубеже 1990-х и 2000-х годов разрешения на размещение некапитальных (!) объектов. Москва выделила земельные участки на короткий период размещения – в среднем на пятилетний срок. Потом очень интересным образом эти некапитальные постройки были оформлены в ЕГРП. Что же получается? А получается, что предприниматели в данном случае решили нагреть государство. Не покупая землю, а получив ее фактически от города на ограниченный срок, предприниматели, будучи «ничему человеческому». Королева посещает скачки, любит животных, а пару лет назад во время одного из визитов в Северную Ирландию посетила павильон, в котором проводились съемки очередного сезона культовой «Игры престолов» (однако на предложение занять ненадолго знаменитый Железный трон, Елизавета II все-таки ответила отказом). Ее величество продемонстрировала незаурядное, подлинно британское чувство юмора, согласившись сыграть королеву Великобритании в небольшой «бондиане», став партнершей Дэниэла Крейга, тогдашнего агента 007, в ролике, снятом BBC к открытию Олимпийских игр в Лондоне. За этот вклад в киноискусство она была отмечена наградой Британской академией кино и телевизионных искусств, а ее председатель Джон Уиллис даже позволил себе назвать Елизавету «лучшей из всех девушек Джеймса Бонда». Вряд ли являясь поклонницей поп-арта, она, тем не менее, приобрела на аукционе несколько своих портретов работы Энди Уорхолла. Находясь вне политики и выше ее, Елизавета никогда публично не высказывала своих политических взглядов. За годы ее царствования на Даунинг-стрит, 10 сменилось одиннадцать премьер-министров. Первым из них стал Уинстон Черчилль, в одном из своих публичных выступлений по поводу ее вступления на престол назвавший Елизавету «наследницей всей британской славы и традиций». Неизменно на протяжении всех этих шестидесяти лет каждый вторник королева дает аудиенцию своему очередному премьер-министру, который информирует ее о событиях в стране. О чем говорится на этих встречах, не знает никто, кроме этих двоих. Несмотря на политику максимальной открытости, журналистов на этой встрече не бывает никогда. И пусть количество морей, которыми все еще правит Британия в первой четверти двадцать первого века, значительно сократилось, наследники и прочие члены правящего дома периодически становятся фигурантами громких скандалов, а файв-о-клок больше не в моде, до тех пор, пока Елизавета Вторая – глава и лицо британской монархии, сама – воплощенная британская монархия и сама – воплощенная Британия, наконец – остается во главе доминиона, живы дух и традиции старой доброй Англии. участниками, а не противниками коррупционной системы, просто использовали эту систему для того, чтобы извлечь из этого выгоду. Люди надеялись получить землю, по сути, на халяву и узаконить это получение не на пять лет, а на времена вечные. Ну, или хотя бы до конца жизни. Зная, что четко пункт о сносе самостроя в законе тогда не был оговорен, бизнес решил схитрить. И это лишь частный случай из общей в целом безрадостной картины по стране. 

По сути, сегодня мы имеем чудовищную бизнес-этику в нашей стране. Ее либо просто нет, либо она основывается зачастую на жульнических криминальных понятиях. Модель ведения бизнеса согласно логике «пахану долю отстегнул, чинуше на лапу дал – и к тебе никто не лезет, воротишь бизнес как хочешь» воспринимается чуть ли не как главная формула успеха. Презренное и надувательское отношение к клиентам – тоже, к сожалению, является видным атрибутом нашей бизнес-философии. Что будет, если от нашего бизнеса не будут требовать хотя бы на минимальном уровне соблюдать ГОСТы или нормы безопасности? За примерами далеко ходить не надо: посмотрите на историю с «Хромой лошадью», когда сотня человек сгорела заживо из-за грубого нарушения владельцами клуба техники противопожарной безопасности. И это лишь один выявленный случай, который явился в ходе трагедии. А сколько невыявленных – остается лишь гадать. Или вот, например, более недавняя история, связанная уже с продуктами питания, которые на волне санкций и импортозамещения вдруг резко ухудшились в качестве. Видный представитель РСПП (главного органа предпринимателей в России) открыто вынужден признавать, что ситуация с продуктами катастрофическая. По его словам, почти 4 млн тонн молочных продуктов в стране – подделка, вместе с ними – больше половины мясных консервов. Согласно РСПП, 10% молочной продукции и 67% мясных консервов на российском рынке являются фальсификатами. При этом отмечается, что производители пишут, что продукция якобы соответствует ГОСТу, а на деле – нет. Иными словами, наш бизнес не гнушается обманывать своих клиентов и делает это с большим удовольствием, желая сэкономить деньги на производстве. Жадность торговых сетей, которые в начале того же 2015 года устроили между собой полноценную гонку на взвинчивание цен – лишь еще один печальный пример. 

По большому счету российский бизнес полностью провалил экзамен на этику. Наши бизнесмены, вместо того чтобы всерьез бороться за создание в нашей стране эффективных и работающих законов и судов, воевать с коррупцией и вороватыми чинушами, выражать свою гражданскую позицию, отстаивать свои права, как это делали те же профсоюзы в первой половине XX века, и реально вести за собой российский народ, просто встроились в гнилую систему и позволили с помощью своих же денег, которые они в эту систему принесли, дать ей окрепнуть и приобрести неслыханный размах. А о каком уважении к бизнесу и о каком соблюдении прав после этого можно говорить? По сути, он полностью заслуживает подобного к себе отношения, и происходящее сейчас с самостроями – вполне естественный результат. 

Есть у меня знакомый банкир. Владеет средним банком. Человек добрый и совестливый. В отличие от многих своих коллег бизнес хотел делать в России. Вложился в завод по производству плитки, который находится не на Марсе, а на территории нашей страны. Провел модернизацию, привлек людей на работу, создал занятость! Но в итоге с треском провалился, так как плитка абсолютно внезапно оказалась не соответствующей нормам, причем нормам допотопным. Человек решил судиться, доказывать, что его плитка безопасная и отвечает всем стандартам. Выиграл суд! А на его решение система наплевала – ходу его плитке все равно не дали. В итоге клиентура почти нулевая, так как какие-либо серьезные заказы он осуществлять не может, а упущенных времени и денег – выше крыши. Долгов тоже. В этой истории самое трагичное даже не борьба с ветряными мельницами, а то, что поддержать человека никто из коллег-партнеров по цеху не пришел, хотя, казалось бы, они напрямую заинтересованы в том, чтобы решения судов исполнялись! Разговаривая об этой печальной ситуации с одним из ведущих юристов банка, который вел дела в суде, услышал фразу: «Да дебил он, конечно! Зря всю эту эпопею с вкладыванием средств в Россию затеял. Надо было хапнуть бабла, как все сделали, в офшоры все по максимуму вывести и валить! А там, на Западе, он бы хоть десять этих заводов бы приобрел и нормально бы плитку продавал». Вот пока у «всех» логика и стратегия ведения бизнеса заключается в нехитрой схеме «хапнул-кинул-свалил», так мы и будем жить в условиях беспросветного правового нигилизма и никаких законов, кроме волчьих, у нашего общества не будет!